Нас грабят!

Данная статья про то как можно управлять и решать пенсионную проблему, но «Велика Россия, а дураков еще больше», поэтому какому то ублюдку пришло в голову украсть накопительную часть из НПФ и сунуть в рот ворам в РЖД и Роснано! А еще есть фонд их будущих поколений, а не наших.....
 
 
«С нами опять играют не по правилам» 887 1
Изъяв у граждан накопительную часть пенсии, государство распорядится ей не слишком эффективно
Изымая у граждан накопительную часть пенсии, государство намерено распорядиться ей не слишком эффективно
Изымая у граждан накопительную часть пенсии, государство намерено распорядиться ей не слишком эффективно
Кадр: ЭкспертТВ

Правительство продлило до конца 2015 года возможность направить пенсионные накопления в частную управляющую компанию или негосударственные пенсионные фонды (НПФ). Но уже решено, что накопительная часть пенсий в 2014 году будет изъята из НПФ в Пенсионный фонд России, то есть распоряжаться этими деньгами будет Внешэкономбанк. Если НПФ дают обычно высокую доходность – в среднем 25-20%, а некоторые – до 40%, то ВЭБ обычно прибавляет средства граждан на уровень чуть выше инфляции. О том, как будет приумножать ВЭБ накопительную часть граждан, какие дополнительные финансовые инструменты он может для этого использовать и как построены пенсионные системы в других странах, мы побеседовали с Тамарой Касьяновой, к.э.н., первым вице-президентом общественной организации «Клуб финансовых директоров».   
 
– Тамара Александровна, сегодня все задаются вопросом, куда и как разместит ВЭБ переданные из негосударственных пенсионных фондов средства. Насколько это будет эффективно?
 
– Сможет ли ВЭБ получить прибыль для каждого из потенциальных пенсионеров, покажет время. Портфель, скорее всего, как и прежде, будет состоять из госбумаг и корпоративных облигаций, имеющих госгарантии. Расширенный портфель, помимо госбумаг и облигаций субъектов РФ, включает в себя корпоративные облигации, ипотечные ценные бумаги, депозиты в рублях и валюте, ценные бумаги международных финансовых организаций. ВЭБ уже заявлял о выкупе инфраструктурных облигаций РЖД почти до 100%, АИЖК, «Оборонпрома» и «Роснано». Но это размещение выгодно, прежде всего, РЖД, привлекшим длинные деньги, и ВЭБу, разместившему накопления «молчунов».
 
– Вкладчикам, соответственно, не выгодно…
 
– Конечно. Выпуск инфраструктурных облигаций ОАО РЖД – это новый механизм финансирования долгосрочных проектов. Тем более что облигации РЖД привязаны к инфляции. Прибыль привязана к инфляции, что позволит обеспечить сохранность накоплений граждан. Ставка первого купона облигаций РЖД, установленная по результатам бук-билдинга, составила 8,2% годовых, последующие купоны зависят от индекса потребительских цен и будут рассчитываться как уровень инфляции за год плюс 1% годовых. Однако инфляция плюс 1% – недостаточно высокая ставка для выпуска сроком погашения через 30 лет. Мало кто согласился бы самостоятельно отдать деньги на 30 лет и получить за них 1% прибыли.
 
– То есть все, кто ответственно перевел накопительную часть в НПФ, в следующем году будут дотировать РЖД и «Роснано»?


 

– Да, с нами опять решили сыграть не по правилам. Таких условий на рынке не существует. Говорить о том, что  ВЭБ может и умеет зарабатывать больше, чем все, было бы несправедливо. Так как ВЭБ зарабатывает в целом меньше, нежели другие крупные коммерческие компании. Поэтому навсегда отдавать ВЭБу все деньги «молчунов» было не совсем правильно.


– В чем причина, почему все выглядит так, что ВЭБ бездарно управляет финансами, да еще и насильно изъятыми у граждан?


– Я бы так не сказала. Не бездарно, а менее рискованно, чем НПФ. Сегодня среди государственных банков ВЭБ обладает самой высокой плотностью в размещении денежных средств. Политика руководства банка такова, что деньги вкладываются только в надежные и стабильные проекты. ВЭБ предпочитает прямые инвестиции в перспективные и успешные компании. Более того, как только проект оказывается под угрозой или теряет привлекательность либо меняет условия или владельца, ВЭБ оперативно спасает деньги и выходит из игры.


– Есть примеры?


– Так было, например, с австралийской Macquarie Group, которая неожиданно решила слиться с Renaissance Group. ВЭБ сразу спрогнозировал неэффективность схемы инвестирования, предложенной «Ренессансом», и вышел из проекта. Зная способность ВЭБа быстро реагировать на изменчивый рынок, государство и приняло решение разместить пенсионные накопления граждан в стабильном банке, который сможет обеспечить возвратность средств в должном объеме. Фактически ВЭБ обязали зарабатывать и себе, и людям. Зарабатывать деньги для будущих пенсионеров придется не только ВЭБу, но и всем трудоспособным гражданам России.


– Вот с последним как раз большая проблема, не так ли?


– Да, Россия сегодня «старая» страна. Даже не стареющая по статистике, страна признается такой, если 7% населения превышают возраст 60 лет. У нас же доля населения в такой возрастной категории достигла 35%. Понятно, что нагрузка на заполнение дырки в бюджете ложится  на активных и молодых. А их всего чуть больше половины населения. Завтра будет еще меньше. Сможет ли государство распорядиться деньгами «молчунов» и гарантированно выплачивать пенсии миллионам россиян, остается непонятным.    Разделение пенсии на несколько частей, например, на накопительную и страховую, как у нас, может давать достаточно неплохие результаты, необходимо только грамотно выстроить всю систему начисления, индексации и страхования.


– Как известно, наша пенсионная реформа затевалась на основе мирового опыта. Теперь мы, по сути, приостановили реформу, но тем не менее как можно вообще оценить эффективность пенсионной системы?


– Об эффективности тех или иных мер в пенсионной системе можно судить по уровню жизни пожилого населения. Но в развитых странах это делается более цивилизованно.


Например, пенсионная система Германии работает как часы и гарантирует гражданам беззаботную старость. Ключевой принцип, который лежит в основе, – солидарность поколений. Основная часть пенсии формируется из взносов работающего населения в размере 9,8% от их зарплаты, а не 22%, как у нас. Хотя государственные служащие и представители свободных профессий не включены в систему государственного страхования, подавляющее большинство делает взносы в специализированные страховые кассы. Кроме того, в Германии предусмотрена производственная пенсия, то есть по просьбе профсоюза предприятия работодатель может отчислять часть заработной платы работников в накопительный фонд. Для привлечения высококвалифицированных специалистов возможно частичное и полное покрытие таких взносов за счет предприятия.  Главное преимущество заключается в том, что пенсионный фонд застрахован и даже в случае банкротства предприятия пенсии сохраняются. Третьей опорой выступает дополнительное частное пенсионное страхование, в котором могут участвовать все участники системы госстрахования. Государство стимулирует эту часть пенсии за счет доплат и налоговых привилегий. Строительство или покупка жилья также расцениваются как вклад в обеспечение в старости. В результате многие немцы получают сразу три пенсии – государственную, производственную и частную.


– Как обстоят дела в Соединенных Штатах?


– Пенсионная система США имеет солидарно-накопительный характер, в основе которой лежит государственная программа страхования (Social Security – общая федеральная программа). Средства для этой системы поступают за счет налога на социальное страхование. В США, как и в Германии, работает принцип солидарности поколений – работающее население отчисляет 7,65% дохода на содержание пожилого поколения. Кроме того, американцы имеют несколько источников пенсионного дохода, главным образом частные пенсионные планы: с установленными выплатами (Defined Benefit Pension Plan), с установленными взносами (Defined Contribution Pension Plan) и смешанного типа. С недавних пор в США запущен пенсионный план по участию в прибыли, который предусматривает, что работник несет ответственность за инвестиционный риск, а работодатель – риск того, что страхуемое лицо проживет дольше предполагаемого «срока дожития».


– Чей еще опыт вам кажется интересен?


– Доход британских пенсионеров сильно варьируется и составляет от 20% до 90% прежней зарплаты. Такая разница обусловлена действующим механизмом формирования пенсии: граждане могут получать как базовую государственную, так и трудовую пенсию из национальной страховой системы, которая напрямую зависит от заработка и стажа. Размер базовой государственной пенсии ограничен и индексируется в соответствии с уровнем инфляции. Государство гарантирует ее в размере 20% средней зарплаты работника, или около 440 евро в месяц. Трудовая пенсия формируется за счет взносов работника, но уже пополам с работодателем, и составляет чуть более 20% дохода. Будущие пенсионеры могут вложить свои средства в систему накопления частных пенсий за счет участия в корпоративных программах предприятий, отчисления добровольных пенсионных накоплений в НПФ. Отсутствие налога на такие взносы, безусловно, делает механизм более привлекательным и выгодным для населения.


– То есть в пенсионных системах развитых стран везде присутствует накопительная часть?


– Практически везде. Родиной современной пенсионной системы, которая прижилась во многих странах, является Швеция, где работает скандинавская социальная модель, столь привлекательная для США. Стокгольм формирует пенсии своим подданным из трех составляющих: гарантированная, которую получают все пенсионеры вне зависимости от уровня заработка и стажа, условно-накопительная, которая состоит из взносов работников в размере 16% от зарплаты. Эти средства индексируются в зависимости от демографической и экономической ситуации в стране. И, конечно, накопительная часть, которая формируется за счет работника, которую можно инвестировать через НПФ. Однако инвестиционная деятельность в Швеции значительно ограничена.


Описанные системы позволяют обеспечивать население достойными пенсиями на уровне 1270 евро (максимальная 2200 евро) в Германии, 1560 (2100) долларов в США, 1320 евро (11 428 шведских крон) в Швеции и 815 евро (1100 долларов) в Великобританнии.


– Есть смысл нам и дальше совершенствовать пенсионную систему?


– Главная проблема российской модели заключается в отсутствии реально работающей системы страхования. Стоит сказать, что в нашем обществе сама по себе система страхования не развита и не пользуется доверием со стороны граждан. Даже после наводнения на Дальнем Востоке, когда тысячи семей понесли колоссальные потери, население с опаской относится к идее обязательного страхования жилья. Кроме того, руководители страны должны на законодательном уровне закрепить список сфер, куда как государственные, так и негосударственные пенсионные фонды могут инвестировать средства будущих пенсий россиян. Конечно, России стоит внимательнее изучить пенсионные системы стран, близких нам по структуре экономики, демографическому составу.


– Какая модель нам ближе всего?


– Так, можно было бы внедрить норвежскую модель, где, помимо гарантированных пенсионных выплат и доплат в зависимости от стажа и зарплаты со стороны государств, функционирует пенсионный фонд, куда вложены нефтяные сверхдоходы. Эти длинные деньги Осло инвестирует в недвижимость и фондовый рынок по всему миру. Однако для перехода на подобную систему Россия прежде всего должна развивать и другие отрасли экономики, помимо отраслевых, чтобы уже полученную от них прибыль пускать в оборот, а нефтяные доллары откладывать на пенсии своих граждан.







0 комментариев

Добавить комментарий